Home » Замок » Зал Сказок » Васса » Кот

Кот

Кот тихо ступал по дорожке в чужом, не знакомом ему дворе.

Он шел, потому что что-то вело его. Он знал, что идет туда, куда ему было нужно идти, и наконец-то он придет. Мягкие упругие лапы острожно переступали по горячему асфальту дорожки, широкие, округлые на кончиках уши настороженно поворачивались то вперед, то к спине. Кот немного устал от дневного света и щурил глаза. Время от времени он приостанавливался и внимательно обнюхивал дорожку.

Вот уже несколько месяцев Кот жил на улице. Он был молод, красив и силен. Он был умен и интеллигентен. Но его никто не хотел. И он никого не хотел, сказать по правде. Он не хотел никого из тех людей, с кем сталкивался в своей недолгой еще жизни, поэтому и ушел в свое время из того дома, где прожил совсем немного.

Котенком его взяли в свой дом какие-то люди, рассчитывая на его породистость. Они не хотели любить его только за то, что он был Котом. Таким, какой он есть. Они не могли любить кого-то просто за то, что этот кто-то – такой, какой он есть. Им непременно надо было с этого кого-то хоть что-то взять – деньги, еду, одежду, машину. Все равно, что – но хоть какую-то выгоду. Вот и Кота они приняли только из расчета, что он будет делать породистых котят. Но тут они просчитались. Он совсем не хотел делать им котят для продажи. Просто не хотел – и все.

Кот был спокоен, вежлив и горд. Он не хотел делать для кого-то котят только потому, что по чьему-то человеческому мнению в этом единственно и состояла его, Кота, жизненная задача. Он видел свою жизнь иной.

Он умел видеть то, чего не умеют видеть люди. Он умел и знал, как предупредить об опасности, отогнать неприятность. Он мог бы показать тем, с кем жил, кто им друг, а кто – враг. Но им это все было неинтересно. Они ругали Кота, когда он, гоняясь за кем-то невидимым, бегал и прыгал по дому: они искренне считали, что любой кот должен только спать, есть и делать им котят, когда от него этого ждут, а в остальное время его дело скромно где-нибудь спрятаться и не путаться под ногами. Они пугались его странных жестов, когда он, стараясь показать им, что в дом пришел кто-то, кто там не нужен, пригибался к полу и почти ползком, на полусогнутых лапах ходил за ним, стараясь привлечь их внимание к тому, кого он опасался.

Они не верили ему и не слушали его, поэтому Кот ушел.

Сначала Кот не знал точно, куда он пойдет. Он знал одно - ему нужно найти своих друзей. Он знал, помнил, что они есть, знал, что у него есть друзья, которым нужен он и которые нужны ему. Кот слышал, что они его зовут. Он не знал точно – почему, не помнил как следует, но знал, что это так.

Жизнь на улице оказалась не такой страшной, как рассказывали люди. В городе, где он жил, всегда было тепло, даже зимой, поэтому можно было спать прямо на улице, на дереве или даже просто на траве.

Правда, в скором времени Кот понял, что это может быть рискованно. Несмотря на то, что он старался никому зря не попадаться под ноги и не мешать, трижды его ловили и пытались выдать за какого-то внешне похожего на него потеряшку, хозяева которого развесили по всему району объявления о награде, причитающейся тому, кто найдет их “несчастного заблудившегося котика”. Когда же выяснялось, что потеряшка в отличие от Кота был кастратом, а значит ошибиться невозможно и вознаграждения не получить, Кота немедленно выгоняли обратно на улицу.

Тогда Кот ушел из района с жилыми домами и некоторое время жил в лесу. Для него это был большой лес, потому что иного леса в этой своей жизни он никогда еще не видел.

На самом деле это была неширокая но длинная полоса растительности между двумя жилыми районами, состоящая из двух неровных рядов огромнейших, покрытых лианами, мхами и папоротниками старых дубов и подлеска из вьющихся растений, чахлых молоденьких дубочков и пальм. Когда-то давным давно на этом месте было старое индейское кладбище, от которого сейчас не осталось и следа на поверхности земли. Только звери, да те редкие люди, что умеют видеть и слышать, могли почувствовать, что там когда-то было кладбище. Но Коту нравились призраки, и он остался в лесу.

Будучи по природе охотником, Кот быстро научился добывать себе еду, благо в лесу не было недостатка в мелких грызунах, ящерицах и прочей мелюзге. Вечером, когда золотое солнце уходило за лес, Кот выходил из своего укрытия и отправлялся на охоту. Иногда ему сразу везло, тогда он быстро наедался, недолго гулял, а потом уходил спать дальше; иногда не везло вовсе и он оставался голодным всю ночь. В такие дни Кот, бывало, жалел, что не вытерпел и ушел из дома, но он был молод, у него было много времени и сил, еда находилась, и все вставало на свои места.

Так Кот и жил, начиная совсем уже чувствовать себя диким зверем, который гуляет сам по себе...

И все было бы просто отлично, если бы не те странные моменты тоски, которые время от времени находили на него. Он не знал толком, что это было. Ему казалось, что он слышит тихий зов. Но зов был невнятный, поэтому Кот не шел. Ему становилось грустно, хотелось пойти на этот зов, но он не понимал, куда надо идти, и поэтому ждал.

Наконец, в один из дней зов стал слышен совсем отчетливо, но сейчас, после своих неудачных приключений с людьми, Кот не сразу поверил ему. Он все прислушивался и прислушивался, опасаясь ошибиться. Лишь через несколько дней доверился Кот своим ощущениям. Это звали его. Это они, его друзья. Они его ждут.

И Кот тронулся в путь.

В доме у Васи всегда жили собаки. Так повелось с самого ее детства, когда ее старший брат подобрал на улице крошечного щененка и принес, пряча под курткой, домой. Мама, конечно, как и положено мамам, сначала пришла в ужас. Но щеночек был таким славным, очаровательным крошечным комочком, ему так нужны были тепло и дружба, что выставить его из дома обратно на улицу не было никакой возможности. Оказалось, что это девочка, притом совершеннейшая дворняжка. В результате ли жизни на улице или еще чего – неизвестно, но у нее оказались глисты. Вася на всю жизнь запомнила, как собачка плакала от боли в животике, буквально, как маленький человечек, гладя по пузику лапкой. К счастью, мама знала, что надо делать, глистов моментально вывели, щеночку сделали прививки, и все стало очень хорошо.

Из крошечного пушистого комочка выросла небольшая и стройная, шелково-черная с рыжими подпалинами на животе собачка. У нее была острая лисья мордашка, внимательный и умный взгляд карих, подведеных черными стрелками глаз и белые носочки на передних лапках. Так и прожила она в Васиной семье до самой своей смерти.

И вот, с тех пор всегда были собаки. Сначала были собаки брата. Потом, когда Вася выросла и вышла замуж, у них с мужем были свои собаки. Васе никогда даже не приходило в голову, что и у нее в доме может быть кот. Нет, не то, чтобы она не любила кошек. Ни в коем случае. Вася всегда любила всяких животных. Даже хомяков и крыс. Но в доме всегда были собаки.

Просто кошки отчего-то не вызывали у нее тогда никаких особенных эмоций, несмотря на то, что когда она приходила в гости к кому-то, у кого они, кошки, были, последние чаще всего относились к Васе более чем дружелюбно. Некоторые лезли к ней на руки и начинали громко тарахтеть как включенный холодильник, а одна пожилая, пухлая и очень умная кошка-трехцветка, жившая в доме у Васиных хороших друзей, часто просто засыпала у нее на руках в забавной позе – пузом кверху, растопырив лапы в стороны.

В какой момент пришло желание видеть в доме кота – Василиса не помнила. Но это желание пришло и не отпускало больше, несмотря на то, что как всегда с ними жила собака.

Весом всего в четыре килограмма, эта собака была самой маленькой и самой смешной собакой из всех, когда-либо живших в доме у Василисы. Она была взята из приюта для бездомных животных, и на животе у нее были вытатуированы синие цифры. Когда Вася с мужем и сыном пришли в приют выбирать собаку, эту они сначала даже не заметили, настолько она была маленькая, серенькая и жалкая. Собачка лежала в уголке своей огромной в сравнении с ней клетке, печально глядя в угол большими влажными черно-карими глазами. Она уже настолько утратила надежду, что кто-то обратит на нее внимание, что даже не подходила к решетке, как другие собаки, чтобы посмотреть, кто там пришел. Как оказалось впоследствии, эта собачка провела в приюте почти всю свою жизнь. Семь месяцев из своих двенадцати.

С того дня вот уже два года собака жила в доме Василисы и ее мужа. Из жалкого, не знавшего радости существа она превратилась в игривую, невероятно ласковую зверюшку, любящую весь мир. Намытая, расчесанная, с длинными кисточками на больших любопытных ушах и с вечно задранным кверху хвостом, крошечная собачка теперь привлекала взгляды всех старушек на улице. Каждая мать семейства, проходя мимо со своим чадом, считала теперь своим долгом остановиться и посюсюкать над прелестным и таким безобидным малюсеньким зверьком. Где-то вы все были раньше... Но несмотря на все это, собачка так и не смогла, к сожалению, избавиться от приютского своего страха. Что-то ущербное так и осталось в ней навсегда, какая-то внутренняя боль. Так и не забыла она обиды, нанесенной ей когда-то, хоть не переносила ее ни на своих нынешних хозяев, ни на других людей.

Возможно из-за того, что не видела в своей собаке никого, кроме абсолютно зависимого, нуждающегося в заботе и любви существа, совершенно неспособного хоть как-то отстоять даже самое себя, не то, чтобы защитить кого-то еще, а возможно и еще по другой какой причине, Василиса теперь очень хотела кота. Ей хотелось видеть в доме уверенного в себе, сильного и здорового зверя, имеющего обо все свое собственное суждение. Она знала, что это будет именно кот, а не кошка. Она точно видела, каким будет ее кот. Он будет все знать, все понимать и смотреть на Василису прекрасными умными золотисто-зелеными глазами. Он будет большой, тяжелый, мощный и сильный, но не жирный. У него будет большая круглая голова и длинные пушистые усы.

Увы, сейчас никак нельзя было привести в дом еще и кота: домовладелец пока не разрешал. Но Василиса знала, когда этому запрету придет конец, придет и кот. Она терпеливо ждала этого момента и лишь иногда мысленно говорила с котом.

И вот – о радость! – наступил знаменательный день. Запрет был снят. Теперь можно спокойно думать о коте.

Никто не мешал им в тот же день пойти в тот же приют и взять там любого приглянувшегося зверя... Но этого не было сделано.

Где-то глубоко внутри Василиса знала, что ее Кот не в приюте. Кот не может быть тупым, ленивым, потерявшим смысл жизни “кастрюлей”, пусть и разросшимся до невероятных размеров. Этого просто не может быть. Не будет Кота и в зоо-магазине, среди капризных милашек, прыгающих по своим загончикам в игрушечной охоте за летающими пылинками. Василиса знала, что он уже не котенок.

Теперь, когда запрета больше не было, Василиса часто думала о Коте. Она звала его, видела каким-то внутренним взором тугое блестящее шелковой шерстью тельце, пробирающееся через заросли перепутавшихся лиан.

На дворе стоял обычный, ничем не выдающийся день.

Вечером, когда еще не стемнело, Василиса с мужем вышли прогуляться с собакой. Уже возвращаясь домой, они заметили бегущую по двору соседку. Спросив, что случилось, они узнали, что только что она видела того самого кота, объявления о пропаже которого висят на всех столбах уже несколько недель. А теперь она бежит, чтобы позвонить по указанному там телефону. Соседка тоже обманулась внешним сходством Кота с “кастрюлей”-потеряшкой. Удивительно, но ни Василиса, ни ее муж не видели этих объявлений, хотя одно из них действительно висело прямо на въезде в их двор. Соседка сказала, что кот ведет себя довольно странно: он не убегает, но и не подпускает близко к себе. Когда она пыталась подойти к нему, кот спокойно отходил в сторону. Когда отходила в свою очередь она, кот шел дальше, туда же, куда держал путь до этого.

При этих словах у Василисы внутри что-то шевельнулось. Она быстро отвела домой собаку и вернулась во двор. Во дворе не было никого, кроме мужа и соседки. “Странно”, - подумала Василиса. И увидела Кота.

Кот шел по дорожке. Кот был большой, тяжелый, гладкий и шелково блестящий короткой густой шерстью. Увидев соседку Василисы, сделавшую очередную попытку подойти к нему, Кот устало опустил хвост и снова отошел в сторону. Он и в самом деле не собирался убегать. Ему больше не хотелось убегать. Он знал, что пришел туда, куда шел. Дождавшись, пока соседка оставит свои пустые намерения относительно него, Кот продолжил путь. Заметив мужа Василисы, направлявшегося к нему, Кот опять приостановился. Он отходил на пару шагов, останавливался и ждал, пока от него отойдут.

Василиса осторожно пошла к Коту.

- Киси, киси, киси, - тихонько звала она.

“Киси!” - фыркнув про себя, подумал Кот. “Вот еще!” И он удивленно посмотрел на Василису прекрасными умными золотисто-зелеными глазами.

“Странно, но, кажется, это и есть мой друг”. - подумал Кот. “Оказывается, у нее тоже зеленые глаза. Это она звала меня.” И он осторожно сделал несколько шагов навстречу.

Василиса спокойно подошла к Коту и взяла его на руки. Кот и не думал никуда уходить от нее.

Не слушая рассказы соседки о том, что некастрированный кот может испакостить им весь дом, Василиса с мужем унесли Кота к себе. Они знали, что Кот никогда не позволит себе пакостить в доме своих друзей.

Войдя в дом, Кот первым делом напился воды из собачьей миски, потом улегся на пол посреди комнаты. Он никого не боялся и никуда не прятался. Он знал, что здесь его никто не обидит и не заставит делать то, чего он делать не хочет. Здесь никто не станет хватать его и удерживать на руках против его воли. Никто не выгонит его на улицу. Здесь будут рады узнать его мнение. Здесь его друзья, которых он искал, которые его звали, которые будут любить его просто за то, что он Кот.

Собака подошла к Коту, ткнулась в него мокрым носом и лизнула в глаз.

Василиса сидела и с удовольствием смотрела на своего Кота. Он пришел сам на ее зов. Он сам нашел их с мужем дом. И они любят его просто за то, что он – Кот.

 

Сказку рассказала Васса