ПИОН

Пиония уже собралась выйти замуж, когда умерла ее мать, оставив шесть душ детей. Что делать, как быть? Любовь влекла к суженому Симеону, но обещание, данное матери, и забота о меньших братьях и сестрах крепко держали ее в отцовской лачуге. Неужто Симеон не поймет этого?

- Потерпи год-другой, скоро сестра подрастет и будет за меньшими ходить, - сказал отец Пионии, и она покорилась. Но когда сестра подросла, у нее оказался верный жених, и она так плакала и молила Пионию не разбивать ее счастья, что старшая сестра согласилась еще несколько лет повременить.

- Эти несколько лет пролетят, как на крыльях, а неумолимое время испытает нашу любовь, - утешала Пиония Симеона.

- Ждать, так ждать, - сказал Симеон. Но его отец и мать были другого мнения и выгнали холостого сына из дому.

И пошел Симеон скитаться по белу свету, обещав Пионии через два года прислать почтового голубя за ответом.

Прошел год-другой. Наконец прилетел голубь с письмом от Симеона и белым иноземным цветком в клюве.

- Спасибо, мой милый друг, - написала Пиония Симеону, - Вижу, не забываешь ты меня. И я эти годы не забывала тебя, но нам еще два года ждать, покуда подрастет мой брат.

А когда брат подрос, ему представилась выгодная оказия пойти в примаки, и он никак не мог упустить ее.

И опять Пиония послала Симеону весточку, прося подождать еще два года. Когда прошли и они, Пиония все равно не могла оставить дом, ибо средняя сестра и дня не хотела ждать своей свадьбы.

- Я отправлюсь за море искать счастья, - писал Симеон, - Напиши мне, что привезти тебе в подарок.

- Привези мне цветок, чтобы посадить в саду, - ответила Пиония, ибо не верила, что Симеону удастся в заморских странах разбогатеть, привезти оттуда серебро и золото.

А годы летели на крыльях… Через два года Симеон опять справился, когда они, наконец, поженятся. И Пиония снова велела ему передать, что им ждать еще два года, ибо подросшему брату захотелось повидать свет. А ей теперь осталось только последыша вырастить, и тогда уж они с Симеоном начнут, наконец, совместную жизнь.

Не могла же Пиония предвидеть, что злая болезнь сведет в могилу сестру, которая первой вышла замуж, и та оставит трех малолетних сироток? Кому их нянчить, кому ходить за ними, если отец их весь день в поле пашет и сеет? И как Пионии не взять их под свое крылышко, когда он грозится отвести детей в лес и оставить на съедение волкам?

Прошло время траура, и зять женился на другой, но новая жена и слышать не захотела о чужих детях. Хватит у нее забот и без них, когда свои дети пойдут.

Неизвестно, продолжали ли Пиония с Симеоном вести счет годам, оставшиеся до их свадьбы. Но когда сиротки подросли, Пионии пришлось нянчить детей младших братьев и сестер. Годы мчались, точно резвые жеребцы, работа согнула Пионию, печаль и тоска выбелили ее волосы. И когда она уже никому не была нужна, все ее питомцы забыли дорогу к бедной лачуге одинокой старушки. Опираясь на палочку, она каждое утро ковыляла к калитке и долго стояла перед ней и ждала голубя, чтобы передать несколько слов, выведенных неверной рукой:

- Я жду тебя, мой милый!

Когда голубь отнес письмо, Пиония начала готовиться к свадьбе. Надела сшитое еще в молодости подвенечное платье и миртовый венок на голову и в таком виде целые дни простаивала перед калиткой.

Прохожие показывали не нее пальцем и усмехались:

- Гляньте, тронулась, наверно, старая.

А тот, кого она ждала всю жизнь, все не шел. Не шли и те, кого она вынянчила. Зато непрошеная и нежеланная явилась костлявая с косой на плече и поманила Пионию.

- Эх, костлявая, разве не можешь ты подождать несколько лет, как ждала я дня своей свадьбы? - начала Пиония уговаривать Смерть.

- Мой приговор нельзя ни отменить, ни обжаловать. Для меня все равны - будь то нищий или король. Придет назначенный час, я махну рукой, и всякий беспрекословно повинуется мне, - ответила безжалостная Смерть.

Чужие люди отнесли Пионию на кладбище, накидали над ней желтый песчаный бугорок. Когда они ушли, к кладбищу прибежал какой-то человек, по виду чужеземец, перелез через вал и нашел свежую могилу.

- Так вот где мы встретились, моя Пиония,- сказал незнакомец, словно та, что покоилась под песком, могла услышать его, - А я так спешил, переплывал на кораблях моря, пересекал на верблюдах пустыни, шел по болотам, чтобы скорее увидеть тебя. Я привез тебе цветок, в честь тебя назвал его Пионом, и запах у него такой же сладостно-горький, как наша любовь.

И, наклонившись, Симеон посадил на могиле привезенный из дальних стран корешок.

Когда родственники Пионии прослышали о красивом, невиданном в этих краях цветке, что растет на ее могиле, они поспешили на кладбище, вырыли себе по корешку и посадили его в своих садах, сказав:

- Будет у нас память о старой Пионии…