МАК

Ирис все еще никак не мог прийти в себя после опрометчивой женитьбы на сестрице хвастливого Мака - Ветрогонке. Он стоял немой и неподвижный, и все спрашивал себя:

"Как же это случилось? Ведь я любил Фиалку, и Фиалка любила меня, а женился я на другой. Как же это?"

А жена его прямо сияла от счастья, гордая оттого, что ей удалось выйти за такого видного парня.

- Ах, какой у меня муженек, какой миленок ... - трещала она своим подружкам, и о чем бы ни заходил разговор, всегда норовила ввернуть словечко о своем муженьке, пытаясь поддеть подружек, еще не удостоившихся стать замужними женщинами.

Но как-то приятельница Фиалки Незабудка с невинным видом при всех спросила жену Ириса:

- Но отчего твой муженек всегда такой кислый? Стоит словно аршин проглотил.

Жена Ириса покраснела от злости и, сделав вид, что приняла намек за шутку, рассмеялась:

- Ах, он у меня такой неповоротливый и застенчивый. Ничего, пройдет медовый месяц, так я выучу его по-своему.

И она принялась учить мужа.

- Чего губу свесил! - кричала она, когда Ирис притворялся, что не слышит приказа жены затянуть ей корсет.

Ирис поджимал губы и нехотя, стараясь не касаться жены, выполнял ее приказание.

Вместо благодарности жена давала ему пощечину, приговаривая при этом:

- В следующий раз будешь расторопнее.

Ирис никак не мог угодить жене. То он вилку неправильно держит, то с ножом не так обращается. Не раз он вставал из-за стола голодный, потому что под косыми взглядами жены кусок в горло не шел.

Если бы все это происходило между ними наедине, то Ирис, может быть, и терпел бы выходки жены, но ей хотелось похвастать своей властью перед другими женщинами. Только зайдет подружка, как жена Ириса начинает командовать.

- Ирис, сюда! Ирис, туда! Подай то! Положи это! А ну-ка, ручку мне поцелуй! Спинку почеши!

Со временем Ирис стал понимать, что жена больше всего бесится, когда он не обращает никакого внимания на ее брань и наставления. Однажды, когда жена опять начала попрекать его за то, что он не умеет держать вилку, Ирис швырнул вилку на пол и стал есть пальцами. Как-то раз жена пыталась втолковать ему, как надо вести себя дома и как в гостях. Ирис позволил жене наговориться до потери сознания, а когда та спросила, понял ли он все, что ему было сказано, Ирис, зевая, с удивлением посмотрел на жену, невинно спросив:

- А разве ты мне что-нибудь говорила?

Жена прямо сгорала от вожделения, но когда она вечером звала мужа к себе, тот отговаривался, что ему на луг идти надо, лошадь привязать, а как уйдет, так до самого утра пропадает.

Наконец жена не выдержала и пожаловалась на свою судьбу Белене, о которой поговаривали, что она умеет привораживать мужчин.

- Милая! - воскликнула Белена. - Чего же ты раньше не пришла? Таких разинь моим зельем вмиг распалить можно.

Белена налила в бутылку зеленоватого пойла и наказала:

- Ты надень юбку поярче, дай муженьку выпить этого зелья, потом повертись перед ним, и он от тебя уже не отстанет.

Возможно, Ирис и выпил бы зелье Белены и все произошло бы именно так, как предсказывала ворожея, но разве Ветрогонка-Мак могла утерпеть и не похвастать перед подружками, что наконец-то муж запляшет под ее дудку. А стоит женщине поделиться с кем-нибудь своими семейными делами, как через пять минут об этом узнает ее муж.

Так и на этот раз.

У Ириса было достаточно времени, чтобы подумать, выпить ему зелья Белены, или остаться верным памяти Фиалки.

Жена, не сомневаясь в силе напитке ворожеи, вырядилась в свою самую яркую юбку, налила в стакан зелья Белены и поднесла Ирису.

- Выпей, муженек, вижу, утомился ты.

Ирис ласково посмотрел на жену, взял стакан и, обняв ее за талию, сказал:

- Выпей сперва, женушка, глоток за мое здоровье, а уж потом я выпью за твое.

Жена, счастливо улыбнувшись, закинула голову - пускай муженек вольет ей глоточек в рот. А Ирис - что он сделал? Влил жене в рот все зелье Белены, и когда жена, сгорая от желания, кинулась ему на шею. Ирис схватил заранее приготовленную розгу, уложил жену к себе на колени и, задрав яркую юбку, принялся учить ее уму-разуму.

- Вот тебе за это, вот тебе за то, а это тебе за ворожбу!

О господи, как визжала и барахталась жена, пока не догадалась выскользнуть из юбки и шмыгнуть в кусты. Ирис швырнул ей юбку вслед, но та, зацепившись за кол, так на нем и повисла. Кто юбку эту приворожил к колу - Белена или же сама жена, в конце концов значения не имеет, но юбка так и осталась висеть, и при виде ее люди вспоминают жену Ириса - Ветрогонку-мак.